Он описал полукруг вокруг поляны и, напав на след девушки, поскакал в том же направлении. Лошадь почти успокоилась и лишь пару раз пыталась встать на дыбы, но всадник держался крепко.

Деревья стали редеть, и теперь под ногами шуршал песок. Видимо, они направлялись к реке, хотя из-за тумана Крэйку не было ничего видно. Затем удача покинула его.

То, что он в тумане принял за скалу, вдруг разинуло пасть и страшно заревело. Это был громадный медведь, никак не меньше семи футов ростом. Лошадь Крэйка поднялась на дыбы и развернулась. Крэйк попытался взять медведя под контроль, но нескольких секунд замешательства вполне хватило медведю. Он бросился вперед и его лапа с огромными когтями прошлась сначала по бедру Крэйка, а потом по крупу его лошади. Та, обезумев от боли, рванулась вперед.

Долго ли удавалось ему удерживаться на лошади, Крэйк не помнил. Последнее, что почувствовал - это боль от удара об землю, а затем темнота.

Когда он очнулся, уже наступили сумерки. Крэйк попытался приподняться, несмотря на боль, как вдруг заметил притаившуюся фигуру, освещенную серебристым светом луны. Борясь с головокружением, Крэйк попытался войти в контакт.

Волк был голоден, но пока он только осторожно рассматривал распростертое тело. Крэйк попытался мысленно отпихнуть волка, но головокружение и боль во всем теле мешали ему. Однако волку это не понравилось. Он понюхал воздух, его уши встали торчком и он прыгнул в кусты - должно быть почуял другую, менее беспокойную добычу.

Крэйк прислушался. Совсем недалеко журчала вода. Вода! Крэйк провел языком, напоминающим наждак, по пересохшим губам. Он сможет напиться и промыть раны!

Со стоном он приподнялся и, волоча раненую ногу, добрался до спасительной воды. Напившись, он отполз в кусты и пролежал там до восхода солнца.